• +7 (495) 911-01-26
  • Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.
От Екатерины II до Александра I: неизвестные страницы крымской истории

От Екатерины II до Александра I: неизвестные страницы крымской истории

В предыдущем номере журнала мы рассказывали о современной жизни крымских татар

, теперь же обратимся к истории этого уникального народа России. На вопросы нашего корреспондента отвечает кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института археологии Крыма РАН Денис Валериевич КОНКИН.

 

– Денис Валериевич, менее двух десятилетий разделяют два события: 1783 год – присоединение Крыма к России Екатериной II – и 1801 год – восшествие на престол её внука, императора Александра I. Императрица, присоединив полуостров, поставила задачу – «обеспечить благоденствие подданным своим». Как эта задача реализовывалась? Каким было положение крымских татар-мусульман к моменту воцарения Александра I?

– Главная задача российских монархов с момента присоединения Крыма к Российской империи, Вы совершенно правы, – это благоденствие народа и гарантия соблюдения религиозных и хозяйственных традиций мусульманского населения полуострова. Она нашла отражение в официальных документах и указах Екатерины II, в том числе в знаменитом указе «О терпимости вероисповеданий». Эта позиция доносилась до простого населения в том числе через местных мулл. Несомненно, намерения были благие, но, к сожалению, у власти не было чёткого представления о том, как грамотно их реализовать.

Элементарное незнание чиновниками местных религиозных обычаев и законов привело к игнорированию или искажённому восприятию многих важных традиционных институтов, таких как вакуф, бейлик, меват, шифат, джемаат. В результате возникли серьёзные проблемы в экономической и социальной жизни полуострова. Наиболее ярко они проявились в сфере земельных отношений в Крыму.

Суть проблемы состояла в следующем. После присоединения Крыма к Российской империи одним из главных шагов государственной власти по экономическому преобразованию края стала массовая раздача казённых земель новоприбывшим российским помещикам, местным чиновникам и лояльной к империи крымскотатарской знати под обязательства заселить эти земли крестьянами. Связаны такие раздачи были прежде всего с малонаселённостью региона, возникшей вследствие массовой эмиграции местных жителей. Распределение наделов среди помещиков осуществлялось из фонда казённых земель, который формировался главным образом из двух источников.

Во‑первых, весь ханский домен полностью отошёл к казне. В этот фонд вошли также бывшие турецкие владения на южном побережье и в горах, перешедшие в распоряжение хана Шагин-Гирея после Кучук-Кайнарджийского договора. Во‑вторых, к казне отходили так называемые «пустопорожние земли» эмигрировавших из Крыма беев и мурз, а также кочевого населения степной части полуострова.

Для точного определения размера, границ казённых земель по поручению Г. А. Потёмкина в 1787 году было подготовлено «Камеральное описание землям и садам после вывода христиан и выехавших за границу мурз и поступившим в казну». Этот кадастр оказался чрезвычайно неточным и поверхностным, «без всяких указаний на количество земли и угодий». В него попало много земель, которые не были «пустопорожними», а находились в чьей-либо собственности или уже возделывались местными крестьянами. Несмотря на очевидные недостатки, данный документ надолго стал главным указателем для определения участков, предназначенных к раздачам и продаже.

Ответственность за неудачную организацию земельных пожалований в Крыму уже современники тех событий возлагали на главного устроителя Новороссийского края князя Г. А. Потёмкина. Так, участник созданной в 1802 году «Комиссии для разрешения споров о праве на владение земель на Крымском полуострове» П. И. Сумароков писал, что Потёмкин «учинил немалую погрешность неосмотрительною раздачею земель», когда «вместо небольших участков полезным поселянам» отдавал тысячи десятин «боярам, оставившим их без внимания, или неизвестным пришельцам, не ведающим домостроительства и лишённым всяких средств». В результате «уполномоченные чиновники, вопреки предписаниям, отводили не то, что следовало, а новые помещики получали ненадёжные удостоверения на свои приобретения».

Многочисленные неточности при определении статуса земли, предназначенной к раздаче, слабое качество имущественных реестров в сочетании с низким уровнем исполнительной власти стали причиной долголетних конфликтов «новых» и «старых» собственников крымских земель. Крымские татары, получившие от имперской власти законодательные гарантии на свои участки, стали в массовом порядке заявлять свои права на земли, которые ранее были заняты новоприбывшими владельцами.

Это привело к полной стагнации экономики полуострова к началу XIX века, когда императором стал Александр I. На момент его воцарения земельные конфликты достигли своего максимума. Назначенные Александром в Крым чиновники с сожалением констатировали, что бесконечные земельные споры и тяжбы «привели тамошнее сельское хозяйство в совершенный упадок». То есть главными были проблемы экономики, а не вопросы религии.

– Но Вы упомянули о массовой эмиграции местных жителей. Чем она была вызвана, и можете ли Вы назвать конкретные цифры?

– О первой волне татарской эмиграции я могу много рассказывать – пару лет назад у меня вышла научная статья по этой теме. По этой проблеме существуют огромная, начиная с XIX века, историография – западноевропейская, турецкая, советская, российская. Оперируют все эти работы небольшим количеством источников.

Шаблоном, который был растиражирован, с обвинениями в адрес империи, стала цифра 300 тысяч татар, которые якобы начиная с 1783 года (год присоединения Крыма) и в последующие два десятилетия покинули полуостров.

– Большая цифра! Что-то она вызывает сомнения…

– Но именно её с сожалением приводит П. И. Сумароков в своём сочинении «Путешествие по всему Крыму и Бессарабии в 1799 году». Эта цифра стала тиражироваться теми, кто в меньшей степени знаком с русскоязычными источниками. Это касается в первую очередь турецких историков. На основе этой цифры они выстраивают и свою аргументацию – мол, татары покинули Крым по причине религиозного гнёта.

Но есть совершенно точные данные о численности населения после присоединения Крыма. Ведь по распоряжению Потёмкина была проведена перепись населения полуострова. Согласно ей, население Крыма на момент присоединения составляло 115 тысяч человек обеих полов.

Следующая перепись – уже общероссийская – 1795 года. Тогда в Крыму проживало 140 тысяч крымских татар. В дальнейшем идёт только увеличение численности населения полуострова. Поэтому цифра в 300 тысяч действительно вызывает огромные сомнения.

На мой взгляд, 115 тысяч крымских татар-мусульман на момент присоединения Крыма к России – это, конечно, очень мало. Но тут встаёт другой вопрос: когда часть проживавших в Крыму татар покинула полуостров? Надо иметь в виду, что, начиная с Кучук-Кайнарджийского мирного договора (1774) в Крыму, по сути, шла гражданская война с участием внешних игроков – Османской и Российской империй. В этих условиях кто-то поддерживал Османскую империю, кто-то – особенно степные части – Российскую империю. Жить в таких условиях было сложно.

На последнем этапе существования Крымского ханства численность его населения оценивается в 400–450 тысяч человек. Согласно переписи 1783 года, как я сказал, в Крыму проживало 115–120 тысяч человек. Таким образом, упомянутые Сумароковым 300 тысяч – можно точно сказать – покинули Крым в период междоусобиц. Повторю, что после 1783 года в Крыму наблюдается совершенно чёткая динамика роста численности населения.

– Эпоха Александра I изменила положение крымских татар? Внесла положительные моменты в их жизнь? Что изменилось?

– Само царствование Александра I – неоднозначное. Плюс наложились наполеоновские войны, частью которых стала русско-турецкая война 1806–1812 годов. Внешняя политика в тот период была в приоритете, хотя император пытался решить и внутренние проблемы крымского полуострова.

Именно в годы его царствования едва ли ни впервые в российской истории в Крыму была создана землеустроительная комиссия. В её состав вошли чиновники, присланные из Санкт-Петербурга, местные российские помещики и – в обязательном порядке – представители крымских татар и мусульманского духовенства.

На рассмотрение комиссии поступали прежде всего жалобы в отношении владений и права владения земельным участком. Каждая жалоба рассматривалась, комиссия пыталась найти решение. Сказать объективно, решений было принято не так уж много. Чаще вопрос консервировался. Первая комиссия работала в Крыму достаточно долго – с 1802 по 1810 год. Позднее её перевели в Петербург.

В отношении мусульманского населения, крымских татар политика велась очень осторожно и целенаправленно, чтобы не давать лишний раз повода для недовольства местного населения в условиях войны и обострения конфликта с Турцией.

В период вторжения наполеоновской армии стали формироваться крымскотатарские полки, которые участвовали в военных действиях. Известно также, что в 1812 году начались сборы средств на формирование ополчения.

Уже в конце XIX века были опубликованы данные о том, что крымские татары собрали больше 230 тысяч рублей на ополчение и нужды российской армии. Это очень показательный факт! Эта позиция крымских татар не осталась незамеченной Александром I.

После войны с Наполеоном был создан специализированный Таврический комитет. Его заседания проходили в Петербурге. Эксперты-чиновники, хорошо знакомые с крымской ситуацией, пытались выработать адаптированные для крымских татар, крымских мусульман варианты законодательства и развития экономики. Законы эти были приняты уже при Николае I. В частности, были зафиксированы законодательно права крымской общины – джамаата – на земельные владения. Продавать эти земли можно было только с согласия всей общины. Законодательно был защищён такой вид мусульманской благотворительности, как вакуф. На протяжении всего XIX века для мусульманской общины Крыма вакуфные владения сохраняли очень важное значение.

– Есть данные, сколько было мечетей, медресе на полуострове в годы правления Александра I?

– С культовыми зданиями проблем не было. Никто с ними не боролся. Я недавно работал в Российском государственном историческом архиве в Санкт-Петербурге. Обнаружил там очень интересный документ, связанный с Александром I. К нему в 1809 году обратился градоначальник Феодосии – он просил выделить средства из государственной казны на строительство в городе мечети. Обосновывалась эта просьба очень высокими ценами буквально на всё. Причина дороговизны заключалась в том, что торговцы-мусульмане обходили Феодосию стороной. Они не везли в город товары, потому что там не было мечети. Им негде было молиться! И Александр I внял просьбе и дал согласие на строительство мечети в Феодосии!

– Многие знают о поездке Екатерины II в Крым, о том, как её принимали, кто её сопровождал и т. д. Расскажите подробнее о поездке Александра I на крымский полуостров. Он его посетил…

– …в первый раз – в 1818 году, в мае. Его поездка не была столь масштабной, как вояж Екатерины 1787 года. Поездка Александра началась 8 мая, а утром 20 мая он уже покинул полуостров. Его маршрут пролегал через Перекоп, Симферополь, Карасубазар в Керчь. Там император осмотрел все достопримечательности. Следующим пунктом стала Феодосия, которая произвела на императора благоприятное впечатление. Александр посетил феодосийский карантин, где сохранились средневековые армянские и греческие храмы, старинную мечеть и турецкие бани. 13 мая император и его спутники отправились в трёхдневное путешествие по Южному берегу Крыма. Их путь прошёл через Алушту, Гурзуф, Никиту, Алупку, Кикинеиз до Байдарской долины. Там Александр остановился в достаточно благоустроенном татарском поселении. Отмечу, что он был первым из российских императоров, кто посетил Южный берег Крыма. Конечно же, Александр побывал и в Севастополе, откуда направился в Бахчисарай.

«Культурная программа» его пребывания в этом городе (17–18 мая) почти полностью повторила мероприятия 1787 года. На въезде его «встретила туча татар», по прибытии во дворец последовал его осмотр, посещение мечети, демонстрация танца дервишей, который в своё время произвёл неизгладимое впечатление на спутников Екатерины. Вечером в одном из помещений дворца для императора представили обряд татарской свадьбы, «которая нарочно приготовлена была в сей зале, для удовлетворения любопытства его величества». Поднимался Александр и на Чуфут-Кале, где имел возможность увидеть остатки древних построек и познакомился с бытом караимов.

Отмечу весьма примечательный эпизод пребывания Александра I в Крыму. Он связан с именем генерала А. Я. Рудзевича, который прославился своим мужеством во время наполеоновских войн. Его родственники жили в Крыму и были мусульманами. Уже в ту пору (надеюсь, это сохранится и дальше) было особое отношение к ветеранам войн. Так вот, когда Александру доложили, что в Карасубазаре проживает родственница Рудзевича, император её навестил. Мне кажется, именно человеческий порыв привёл его в этот мусульманский дом!

Замечу также, что на конец 1820‑х годов в Крыму проживало максимум два-три процента немусульманского населения.

– Как оценить политику Александра в отношении крымских татар? Какие положительные моменты следует отметить?

– Знаете, существовала масса предубеждений в отношении ислама и мусульманского населения Крыма. Но Александр I, несмотря на многочисленные обращения от крымских помещиков, которые писали о неблагонадёжности крымских татар, о необходимости их выселения с полуострова, не поддавался, он не слушал эти голоса.

Показательный момент: во время вторжения Наполеона в Крыму за безопасность отвечали два француза – командующий черноморским флотом адмирал маркиз Иван Иванович (Жан-Батист) де Траверсе и новороссийский губернатор Эммануил Осипович (Арман Эммануэль) Ришельё. Траверсе несколько раз писал Александру о том, что нужно выселять крымских татар, полностью очистить Крым от мусульман, чтобы – не дай бог! – турки не присоединились к военным действиям. Ришельё категорически против этого возражал. По его мнению, выселение татар только взорвало бы ситуацию. И Александр I с ним согласился. В итоге они оказались правы.

В период военного конфликта с Турцией 1806–1812 годов в Крыму не было зафиксировано сколько-нибудь значимого открытого выступления мусульманского населения против российской власти в поддержку Турции. Этому, на мой взгляд, в немалой степени способствовали квалифицированные действия регионального руководства, грамотно выстраивавшего отношения с местной мусульманской общиной. Превентивные меры на случай возможного сообщения крымских татар с турецким флотом, курсировавшим вдоль побережья, включали, в том числе, и временное отселение жителей приморских деревень в глубь полуострова. Эти мероприятия были выполнены российскими властями с помощью крымскотатарских мурз и при поддержке таврического муфтия, что минимизировало риски неповиновения и проявления открытого недовольства среди населения.

Что касается турецкого влияния, то все зафиксированные попытки османских властей каким-либо образом повлиять на умонастроения мусульман Крыма, поднять антироссийский бунт не имели успеха. Таким образом, можно сказать, что выстроенная в эпоху Александра I система доверительных отношений с мусульманами Крыма, отказ от радикальных мер себя вполне оправдали. Такие действия в Крыму – результат вполне осознанной консенсусной политики высших должностных лиц Российской империи и лично императора Александра I. Этой политической линии он не изменял на протяжении всего своего правления.

– Денис Валериевич, Вы давно занимаетесь изучением истории мусульман Крыма?

– Я – крымчанин, родился в Белогорске (бывший Карасубазар). Изначально занимался востоковедческими вопросами, но, когда заканчивал Симферопольский университет, мне предложили изучать тему вакуфов в Крыму. Защитил кандидатскую диссертацию по теме «Вакуфное землевладение в Крыму 1783–1917 годов». Спасибо моему научному руководителю, ныне уже покойному профессору В. Ю. Ганкевичу (1968–2014), который мне эту тему предложил.

Вакуфные земли существовали в Крыму повсеместно. В Крымском ханстве до трети всех плодородных земель находились в вакуфе. После присоединения Крыма к России вакуфные земли сокращались. Они были точно зафиксированы только уже во второй половине XIX века.

К этому времени осталось 90 тысяч десятин вакуфных земель. Для Крыма это много. Главное, что эти земли продолжали использоваться, приносить доход и тратиться на те цели, на которые они и должны тратиться, – на благотворительность.

Я был участником реализации проекта «Российская империя и Крым: основные проблемы, концепции, понятия», который выполнялся в рамках госзадания Минобрнауки России сотрудниками Научно-исследовательского центра истории и археологии Крыма Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского, а также ряда других исследовательских проектов по истории Крыма, поддержанных российскими научными фондами, где неизменно руководителем и моим соратником становился доктор исторических наук Н. И. Храпунов. Мы стараемся выявить, сформулировать и проанализировать наиболее противоречивые проблемы истории Крыма периода Российской империи, оказавшие существенное влияние на дальнейшее развитие региона и всего государства в целом.

– Благодарю Вас. Успехов!

Беседовала Ольга СЁМИНА

Источник: «НиР» № 3, 2024

 


© 2024 Наука и религия | Создание сайта – UPix